Недавно барнаульские хирурги во время операции достали из девочки-грудничка... недоношенного ребенка! Когда я услышал об этом, честно признаюсь, не поверил. Те, кому я пытался рассказать эту историю, смотрели на меня минимум как на сумасшедшего фантазера. Мало того, я почти уверен, что и читатели "МА" также скептически отнесутся к написанному. И тем не менее все, что вы прочитаете, - правда. Герой этого почти фантастического случая - главный детский хирург края, кандидат медицинских наук, заведующий отделением хирургии краевой детской больницы Юрий Тен.

... В реанимационное отделение второй детской больницы привезли пятимесячную девочку в крайне тяжелом состоянии. Медики не знали, что с больной. Госпитализацию провели с подозрением на пневмонию - легкое на снимке было затемнено. Тена вызвали на консультацию. Осмотрев ребенка, он предположил, что у больной в районе легких опухоль. Когда провели дополнительные исследования, худшие опасения подтвердились. Так как ребенок был крайне тяжелым, хирурги даже сомневались, стоит ли девочку вообще оперировать. Тем не менее решились. При вскрытии грудной клетки выяснилось, что опухоль огромных размеров занимает не только правое и левое легкое, но и давит на сердце...

- Ситуация, - рассказывает Тен, - почти неоперабельная. После того как мы вскрыли грудную клетку девочки, ужаснулись - опухоль еще больше, чем предполагали. В таких случаях делать операцию бессмысленно. Но шанс был. Собрали экстренный, прямо в операционной, консилиум и, посоветовавшись, решили попытаться спасти ребенка. В конце концов нам удалось убрать опухоль, по форме напоминавшую шар около двадцати (!) сантиметров в диаметре. А когда разрезали опухоль, оказалось, что внутри нее... плод - мертвый недоношенный ребенок! Мы сначала испугались - настолько это было неожиданно. Надо сказать, что нечто подобное в нашей практике уже случалось, но тогда мы удаляли плод из живота ребенка - из поджелудочной железы. А чтоб из легких - такого не было никогда. Сама девочка после операции стала быстро поправляться и сейчас растет, как все здоровые дети.

За 26 лет работы Тена в крае было пять аналогичных случаев, и в трех из них оперировал Юрий Васильевич. Вообще же, опухоль в виде плода, как мне сказал Тен, по-научному называется "тератома" и с греческого переводится как "чудесная, необычная". Но, возможно, считает Тен, в данном случае он стал свидетелем появления однояйцового близнеца. Происходит подобное, когда одна яйцеклетка внедряется в другую, и один ребенок развивается, а вторая яйцеклетка до поры до времени, что называется, сидит тихо. А когда ребенок рождается, эта клетка начинает развиваться. Конечно, ребенок, выросший из нее, уже никогда не родится живым. Хотя теоретически такое тоже возможно. Около двадцати пяти лет назад в Румынии у 18-летнего парня неожиданно начал расти живот. Хирурги во время операции думали, что удаляют опухоль. А вытащили абсолютно нормально сформированного, но, к сожалению, мертвого мальчика. То есть если бы ребенок оказался живым, парень одновременно мог стать для него... матерью, отцом и братом.

Вообще, по словам Юрия Васильевича, существует теория о возникновении таких опухолей. То, что это патология, никто не сомневается. А влияет на возникновение детских патологий масса факторов. И не последнее место в этом страшном перечне занимает то, что в Алтайском крае, по мнению Тена, просто чудовищная экологическая обстановка.

В последнее время уже никто не удивляется, услышав, что почти каждый новорожденный ребенок появляется на свет с какой-то патологией. Мало того, Тен утверждает, что здоровые дети сейчас почти не рождаются. У некоторых сразу по две-три патологии. И как это страшно ни звучит - наша нация больна и начинает вырождаться. Можно бесконечно перечислять причины сложившейся ситуации: начиная с Великой Отечественной войны, во время и после которой стало рождаться меньше девочек, и заканчивая Семипалатинским полигоном, вредными привычками и загрязнением окружающей среды. Когда-то Алтай по экологии считался самым чистым районом в России. А теперь Барнаул входит в "top50" самых грязных городов Российской Федерации. Сегодня в поликлиниках края у больше чем половины всех детей - анемия-малокровие.

В краевую детскую больницу часто поступают новорожденные, у которых отсутствует пищевод. Дети не могут есть. Но благодаря золотым, простите за банальность, рукам хирургов младенцев спасают. Им делают пищевод...из их же толстой кишки. Кстати, в конце текущего года Юрий Тен должен защитить докторскую диссертацию именно по подобным операциям.

- Встречаются случаи, - продолжает Тен, - когда дети рождаются не только без пищевода, но и без заднего прохода. И тем не менее после операций, которые впору назвать пластическими, дети становятся здоровыми.

Легких операций, по словам Юрия Васильевича, вообще не бывает. Операция же по удалению тератомы по сложности имела самый высокий ранг -десятый. Дело в том, что опухоль у девочки находилась около сердечной "сорочки", которую хирурги затем зашивали. Кстати, в прошлом году в отделении хирургии краевой детской больницы у трехмесячной девочки удалили тератому из-под печени. В ней тоже находился плод мертвого ребенка, весивший около килограмма. Сама же девочка весила семь кило. В практике Тена был вообще невероятный случай, когда вес оперируемого профессором Владимиром Кожевниковым ребенка (вместе с опухолью) был три килограмма четыреста граммов, а вес опухоли- тератомы - один килограмм семьсот пятьдесят граммов. То есть вес опухоли оказался больше веса самого ребенка!