У самих героев события репортерские визиты — за кадром сознания. Как и положено им в эти первые дни после появления на свет, большую их часть проводят во сне. Сладкое пробуждение — у тепла материнской груди. Мамы — те другое дело. Они еще долго будут радостно переживать случившееся. Мысленно перебирать в памяти картинки самого счастливого мгновения: вот он в первый раз перед глазами. Первенец, кто теперь дороже всех на свете, такой долгожданный.

После делового, густо пересыпанного медицинскими терминами разговора в кабинете врачей, здесь, в палате роддома, тональность беседы на ту же тему резко повышается — до горячих эмоций. В блокнотной записи повествовательный текст сменяют фразы с восклицательным знаком. Нет, не преувеличивают эти мамы, находя самые щедрые эпитеты в благодарности медикам. Точно знают, если бы не здесь, не помогли бы им нигде. Дико даже представить: без этих врачей не могло бы быть и “в проекте” желанных поздних первенцев Насти, Вали, двойняшек Пети с Игорем. А еще год назад такой же нереальной представлялась мысль о недостижимом счастье — материнстве.

В популярном изложении методика научного “беспорочного зачатия” — зарождения жизни “ин витро”, в пробирке, кажется простой и легко осуществимой. Созревшая до нужной степени клетка будущей жизни извлекается хирургическим путем из женского организма. Первые 6 часов внеутробного существования проводит изолированно — в чашке с особым раствором, в котором около 30 составляющих: аминокислоты, соли, белковые компоненты. Специальный инкубатор поддерживает для этого потенциального зерна жизни сбалансированный микроклимат с воздухом, прогретым точно до 37 градусов, насыщенным заданным процентом углекислого газа.

Потом к женской клетке добавляют мужские, также особым способом подготовленные. И снова — в инкубатор. К итогу первого дня ясно: успешно ли это соединение искусственным путем. Микроскоп дает быстрый ответ — да или нет. Пошло дробление, появились новые клетки — значит, эмбрион “состоялся”. Его инплантируют на законное место – в материнскую утробу. А дальше, если организм примет, а не отторгнет зародыш, он будет развиваться по законам матушки-природы. И в урочное время появится на свет тем же путем и такой же, как любой младенец, зарожденный естественно.

Все гладко — на бумаге и в пересказе методики. А на практике каждый этап сложной технологии может запнуться на коварном “если”. Их множество — условий, при которых воз можно зарождение жизни “ин витро”. Наш организм слишком тонкий и неповторимо индивидуальный механизм жизни. Сбой может ожидать на любой стадии методики. Не потому ли не стерт десятью годами успешной практики сенсационный ореол с этой области научных исследований?

Одиннадцатой год пошел первенцу метода английской девочке Луизе Браун. Общий же мировой счет детей с “искусственным прошлым” достиг тысячи успешных случаев. Вклад отечественной медицины в этот реестр удач пока скромен. Правда, и старт в этом направлении наше здравоохранение взяло с изрядным опозданием. Несколько лет таких исследований во Всесоюзном центре по охра не здоровья матери и ребенка увенчались рождениями в разные годы 16 малышей. Еще позже к реализации метода “ин витро” подошла группа медиков 2-го мединститута с кафедры акушерства и гинекологии, возглавляемой профессором И. М. Грязновой. Их массированный годовой финиш внушает надежды на то, что в этой тонкой области врачи смогут перейти от стадии единичных удач к стабильному “проценту” успеха. В конце 1988-го — двое первых новорожденных, прошедших путь развития от инкубированной клетки. А в эти дни — коллективная радость с оптимистическим прогнозом. Появились на свет сразу четверо малышей, которых “естественным” путем просто не могло быть. Причем одно событие радостно вдвойне — Ане П. предстоит нянчить мальчишек-двойняшек.

Совсем локальный коллектив — не НИИ или центр — всего

пятеро врачей - энтузиастов не так давно наметили свой путь к прорыву в трудную проблему. Энтузиастов потому что занятие данной научной темой — за рамками должностных обязанностей этой группы медиков с кафедры 2-го мединститута. Шли во многом методом проб и ошибок. Изобрели оригинальную операцию, дающую 90-процентный успех в лечении одной из форм бесплодия. Получили признание зарубежных коллег, а недавно— приглашение на международный конгресс врачей, специализирующихся в данной теме. Немало потратили сил, чтобы оснастить свое компактное хозяйство суперсовременной аппаратурой и инструментами. Потому и нынешний успех не похож на случайную удачу. Прогноз на дальнейшее: еще свыше 30 пациенток здешних докторов сейчас ждут ребенка, зарожденного в лабораторных условиях.

Цветная видеопленка позволяет увидеть тончайшую микрохирургию, ставшую тут обыденной практикой. Хирургия щадящая. Если требуется вмешательство, инструменты проникают в брюшную полость сквозь небольшое, полусантиметровое отверстие. Туда же, по тонкому световоду, подается свет. Сквозь специальный окуляр и на телеэкране врач корректирует каждое свое движение. А вот другая телекартинка — иллюстрация к ультразвуковой операции. Ультразвук диагностирует состояние внутренних органов, подсказывает, когда клетка жизни готова к извлечению. Тонкой иглой отсасывают ее в стерильную пластиковую пробирку. А дальше — все по методике “ин витро”. Без эндокринолога в этом деле не обойтись. И группа сделала свою собственную мини-лабораторию. Во главе — опытный специалист

М. Б. Анашина. Впрочем, о строгой специализации говорить в этой группе не приходится. Всего пятеро медиков за год занимаются с огромным числом пациенток — свыше двух с половиной тысяч. Вот и приходится К. Н. Кичияку, Е. В. Соломатиной, А. В. Фандеевой быть врачами широкого профиля.

Разными путями приходят сюда пациенты — кто по направлению, а кто и понаслышке. И таким отношением, как здесь, медицина их нечасто балует — в помощи тут не отказывают никому. Каким бы трудным ни был случай.

Не потому ли первенцев счастливые мамы окрестили именами своих врачей. Признанный крестный отец — руководитель группы, - доцент Валерий Мстиславович Здановский, роль крестной матери привычна для заместителя главного врача больницы Татьяны Андреевны Красновой. Есть в числе новорожденных уже и Валя, и Таня. И, наверняка, впереди — Другие крестники.

Скученные палаты небольшого старого роддома, тесный кабинет (приемная, лаборатория, офис — все в одном мини-помещении, перегороженном антресолями). В таких допотопных условиях в стенах 1-й Градской — и успешный прорыв к современным горизонтам науки? А здешние медики, невзирая на допотопные дедовские условия, готовы замахнуться и на большее. Мечтают и добиваются того, чтобы открыть тут свой центр по лечению бесплодия с небольшим, квалифицированным штатом специалистов. Чтобы дать жизнь новым малышам и шанс на надежду многим женщинам.